Мне за пятьдесят, в косухе дыры как медали.
Борода седая, как туман на перевале.
Дома только ключ от гаража да кот соседский.
А в груди мотор, что не заглох с поры советской.
Говорят: "Угомонись, ну сколько можно, дед?
Тебе бы дачу, внуков, тапки и обед".
Я киваю, улыбаюсь, завожу. И снова только трасса, только ветер и мороз.
По ручью жууу. Ржавый, ржавый ангел на Урале.
Ни кола и ни двора.
Ветер брат, дорога мама, ночь подруга до утра.
Не держи меня, не надо,
не зови меня домой. Я уеду за закатом.
Значит, я еще живой, живой.
Девяносто восьмой. Под дверью мокрая дорога.
Колька Шрам ушел вперед, не дождался немного.
Я его нашивку столько лет ношу на коже и на каждой сотне чую - он со мною тоже.
Сколько их, братишек, по обочинам кресты.
