Мы с корешком решили завалить себе бычка.
Живем мы у деревни, ходим как два дурачка.
Нас называют так то бабки, мы всегда вдвоем, вдвоем всегда сидим на лавке и самогонку пьем.
Мы два корефана делим все напополам.
А если это баба первым другу я отдам.
С ним с детства я, забодай меня кабан, с ним с детства я, забодай меня кабан.
С малолетства воровали у соседей огурцы и в клубе вместе дрались под попсовые басы.
Гуляли мы ночами, ну а днем пахали мы, следили утром за гусями и коровами.
Мы два корефана делим все напополам.
А если это баба первым другу я отдам.
С ним с детства я, забодай меня кабан, с ним с детства я, забодай меня кабан.
Так вот о чем я. Про бычка договорились сразу, что мы кастрируем его рогатую заразу.
Мой кореш впереди, а я с ножнами встану сзаду, когда услышу я удар промеж рогов кувалдой.
План был таков загнать быка, чтоб в стойле не брыкался.
Мой кореш сделал лишь замах, тут молот и съебался.
Осталась ручка лишь в руках, он ёбнул ей с размаху, а я, услышав этот стук, ножнами яйца ахнул.
А бык в сознании по лбу лишь палкой получивши, он испытал такую боль, яиц своих лишившись.
Он разъебал весь тот загон и с красными глазами побег, желая отомстить и поквитаться с нами.
Он рвал, метал все на пути от боли, завывая, и полдеревни разъебал, чуть нас не догоняя.
А мы, на дерево вскочив, как будто леопарды, используя речитатив народный, нестандартный.
Тут силы покидать бычка под вечер уже стали, и он упал, не отомстив тем, кто его пытали.
