Босыми пятками по раскаленной мостовой.
Ты берегла мой сон, когда весь мир шел на меня войной.
В кармане пустота, но в сердце — вера, как скала.
Родная почва под ногами нас всегда хранила и вела.
Прости, Всевышний, за грехи и за строптивый нрав,
Я сын своей земли, и в этом я безумно прав.
Руки матери в морщинах — мой земной оберег,
Самый чистый и надёжный в этой жизни ковчег.
Облупленный фасад, холодный цех и горький чай,
Нас закаляла улица, шепча: «Смотри, не подкачай».
Мы хлеб ломали пополам, деля на всех уют,
Но знали — дома любят, дома верят, дома ждут.
Молитва над кроваткой — тихий шелест в темноте.
Мы оставались верными лишь внутренней мечте.
Сквозь тернии к горам, где облака целуют высь,
